День падения Франции

Здравствуйте, вы смотрите программу «Директива Дугина». Сегодня Франция отмечает День взятия Бастилии.

Давайте называть вещи своими именами: это отвратительный праздник. И хотя Франция – наш друг и стремится выйти из-под американской гегемонии, чтобы создать с Германией континентальный союз, все же надо ясно отдавать себе отчет, насколько все запущено в современной Европе. Царящее там сегодня разложение и вырождение началось не вчера. Европа уже несколько веков назад встала на путь борьбы с Традицией, а значит, с Церковью, с Богом, с Христом. И Франция, увы, была в авангарде этого процесса.

Французская революция –  одно сплошное грязное, лживое, кровавое свинство. Начиналось все с Просвещения, идей прогресса и развития, с масонских лож и стремления к свободе. Потом чернь взяла Бастилию, но тюрьма была почти пустой. В ней свой срок за порнографию  отбывал безумный маркиз де Сад, и говорят, что, когда революционеры собрались под стенами Бастилии, де Сад стал разбрасывать в окно тексты своих похабных произведений. Революционеры подумали, что узники описывают издевательства тюремщиков, и взяли Бастилию.

Потом ужасы де Сада повторились в немыслимом масштабе, и Революция затопила Францию в крови, извращениях и немыслимой жестокости. Вырезали аристократию под корень. Казнили короля и его семью. Во всей Франции и особенно в героической Вандее, восставшей против революционного отребья, священников топили полными баржами, вырезали под корень, чтобы уничтожить всех верных Христу, присягнувших Сакр Кер, Святому Сердцу Его. 

Что интересно, массовые казни христиан в языческом Риме очень часто становились поводом для обращения ко Христу самих палачей. Они отказывались убивать невинных христиан и переходили на их сторону, чтобы пополнить ряды мучеников. В революционной Франции, когда христиане снова стали гонимыми, мучимыми и преследуемыми фанатиками богини Разума, ничего подобного не происходило – ни одного засвидетельствованного случая.

В Риме христианство наступало, и мученики стали той основой, на которой возникла Вселенская Церковь. В революционной Франции в крови, дикости и пошлости гибла христианская цивилизация. И никаких знаков возврата, возрождения, нового начала из этого не возникало.

В Новое время Европа встала на путь антихристианства. Вся наука,  культура,  философия,  политика,  цивилизация Просвещения  строилась на отрицании Христа, вечности, души, традиций. Европа ополчилась на Бога, и в авангарде этого стояла Франция.  Хотя французы копировали во многом опыт англичан, которые пошли по тому же пути на столетие раньше  во времена Кромвеля, столь же кровавого и жестокого палача, в темном деле уничтожения священного миропорядка они продвинулись дальше других, указав путь остальным народам Европы – путь в бездну.

Трагично, что   мы, русские, заразились этим духом модерна и в ХХ веке повторили сценарий Французской революции в  России. Причем, в еще большем масштабе.

Пока день взятия Бастилии будет оставаться национальным праздником Франции, ни эта страна, ни остальные народы Европы не свернут с пути, ведущего в бездну. То, что совершили их предки, было преступно, лживо и бессмысленно. Как и все Просвещение, в основе которого  - искусственный свет Люцифера. Если не разобраться с историей, все будет повторяться снова и снова.

И это касается не только французов с их праздником, но и нас самих. Мы как-то слишком быстро стали забывать страшные уроки ХХ века. Вроде все было, как и должно было быть. Но пока мы не осмыслим, что же произошло с нами в Революции, почему мы уничтожили священную традицию, вырезали миллионы лучших людей, раскололи народ, стали фанатично проповедовать глупейший материализм и верить во всю эту мерзость - до тех пор мы не освободимся от роковой метки истории. Как сегодня французы, которые уже просто не понимают, что празднуют. Но тот, кто подвиг их на войну с Богом, которую они, кстати, продолжают вести и сегодня, тот прекрасно все понимал и понимает.

Чтобы вернуться к самим себе, чтобы обрести самих себя надо вырвать с корнем из нашей культуры сам дух Просвещения. Без этого о консерватизме можно забыть. Это касается и французов, и нас самих.

ДЕКЛАРАЦИЯ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА

Здравствуйте, вы смотрите программу «Директива Дугина». В этот день в 1789 году была принята Декларация прав человека и гражданина. Вот и поговорим о правах человека и истинной сущности этой, на первый взгляд, прекрасной и гуманной, а на самом деле чрезвычайно опасной и ядовитой идеологии.

Смысл Декларации прав человека Французской революцией состоял в обосновании геноцида. Поэтому с самого начала права человека запятнаны кровью. Смысл сводился к следующему: необходимо разрушить традиционное сословное общество, существовавшее в Европе на протяжении нескольких тысячелетий. Правящим классом традиционной христианской Европы были священники и воины. Во главе Государства стояли христианские монархи. Вот по ним-то французские революционеры и наносили удар своей Декларацией. Бога нет – утверждали они, – есть богиня разума – материалистическая наука и животный разврат. Поэтому священники подлежат упразднению. Раз Бога нет, зачем священники? В эпоху подавления Революцией консервативного восстания в Вандее сторонники прав человека уничтожили десятки тысяч католических священников. Особенно зверствовали так называемые адские отряды республиканцев, уничтожавшие на своём пути все, что видели – сельских кюре, а также всё население Вандеи – включая стариков женщин и детей. И этот кровавый одичалый террор творился во имя прав человека. Потому что все равны, а значит, священства быть не должно.

Другая сторона доктрины прав человека била по дворянству. Никаких больше аристократов – все равны. Но чтобы аристократии не было, ее надо вырезать – так работала логика фанатиков прав человека. Пример принцессы де Ламбаль, разрезанной на куски озверелой толпой парижской черни просто за то, что она принадлежала высшему обществу, вполне характерен. Еще один подвиг во имя прав человека. «Смерть аристократии, смерть лучшим, кромсай дворян – вся власть ублюдкам!» – это лозунг сторонников прав человека.

И наконец, воплощением иерархии традиционной Европы был король. Поэтому спустя четыре года после принятия Декларации прав человека – как применение ее принципов к жизни – французский король Людовик 16 был казнен на гильотине. Сторонники прав человека отрубили ему голову.

Теория прав человека сложилась в масонских ложах в 18 веке как проект глобальной мировой революции, ставящей своей целью искоренение христианства, уничтожение европейской элиты и построение гражданского общества без традиционных границ и государств. Масоны, по сути, были антирелигией и антиэлитой: их богом была материя, откуда научная материалистическая картина мира, а вся власть должна была принадлежать братьям, объединенным в ложи и масонские ателье. На внешнем уровне масоны проповедовали свободу, равенство и братство, полную открытость и прозрачность. На самом деле они представляли собой орден, со своей обратной иерархией, секретами, системой продвижения кадров, со своими ритуалами – часто откровенно сатанинского толка. Самое интересное: на человека масонам с их идеологией прав человека с самого начала было глубоко наплевать. Целью было уничтожение традиционной христианской цивилизации и создание на ее развалинах технократического тоталитарного общества, управляемого закулисными невидимыми силами.

Общеизвестным является тот факт, что все вожди Французской революции были членами масонских лож. Поэтому все сходится.

А что же в наше время? На самом деле то же самое. Там, где масонские революции – известные как буржуазные – победили в 18–20 веках, там и располагается центр организаций, приоритетно занимающихся правами человека. И снова, как в эпоху Французской революции, никакого отношения к человеку эти западные организации не имеют. Их цель – сокрушить и упразднить остатки традиционного общества, зачистить национальные элиты, добить религиозные институты, ослабить и по возможности упразднить государства и привести к мировому господству глобалистскую элиту. При этом если для соблюдения прав человека – например в Ливии или Ираке – требуется развязать гражданскую войну и организовать геноцид населения, современные защитники прав человека ни на минуту не колеблются – во имя открытого общества можно и нужно убивать. Кого? Тех, кого объявят врагами открытого общества – кто заподозрен в несоблюдении прав человека. Ведь именно так называется черная библия всех современных либералов – «Открытое общество и его враги». Обратите внимание: враги открытого общества заведомо становятся париями, маргиналами – как же, они же не соблюдают прав человека и их ожидает участь Саддама Хуссейна, Муамара Каддафи или Слободана Милошевича.

Всего доброго, вы смотрели «Директиву Дугина» о правах человека.

Играть по правилам бесноватой секты глобалистов – значит проиграть заранее. Если мы примем идеологию прав человека или гражданского общества, то есть идеологию либерализма, как нечто само собой разумеющееся, мы просто проглотим яд, который нас же и доконает.

КРАСНЫЙ ТЕРРОР

Здравствуйте, вы смотрите программу «Директива Дугина». 5 сентября можно назвать Днем революционного террора. Зловещая дата.

В этот день в 1793 году Французский национальный конгресс официально провозгласил Режим Террора, который якобы был необходим для защиты завоеваний революции. А в ХХ веке, в эту же самую зловещую дату в 1918 году, большевицкий Совнарком, явно играя на исторических реминисценциях, провозгласил начало Красного Террора. Оба события логически связаны между собой. Во Франции и в России к власти пришли радикальные революционеры, представлявшие подавляющее меньшинство населения. Это были революционные элиты, безусловно, пассионарные, гиперактивные и жестокие. Но главное – они мыслили себя как сила, наделенная исторической миссией. Они были творцами будущего, и во имя этого будущего они безжалостно уничтожали прошлое. Революционная диктатура якобинцев или большевиков – это была диктатура времени, жесточайшим образом расправлявшаяся с прошлым, и более – с вечным. И те, и другие революционеры видели себя как могущество прогресса, модернизации, развития, уничтожающее косное сопротивление Традиции. В обоих случаях террор имел одну и ту же структуру, это был террор кровавого Модерна, обращенный со всей жестокостью и безжалостностью против Традиции.

Жертвами и якобинцев, и большевиков были представители всех трех традиционных сословий европейского – шире, индоевропейского – общества: священники, воинская аристократия, ноблессе во главе с королём или царём и крестьянство. Именно эти три социальные группы и составляли ось европейских обществ с незапамятных времен. И несмотря на то, что христианство принесло с собой веру в нового Бога – в истинного Бога Иисуса Христа, – оно не затронуло этой вечной системы индоевропейской традиции. Французская буржуазная революция и российская пролетарская были обращены жёстко против всех трех сословий – первая от имени взбунтовавшихся буржуа, мобилизованных масонскими фанатиками-сектантами, вторая – от имени городского пролетариата, которого, к слову, в России начала ХХ века практически не существовало как сколько-нибудь значимой социальной силы. Оголтелые фанатичные маниакальные группы революционеров, представляющих малый народ в смысле Огюста Кошена, обрушили террор практически на всё общество, где им удалось захватить власть.

Якобинский и большевицкий террор были геноцидом народного большинства и Франции, и России. Кровавые безумцы прогресса, демократии и коммунизма для защиты своей криминальной идеологии потопили в крови целые страны. Причём смысл революционного террора состоял не только в истреблении народа, но и в его устрашении. Отныне можно было верить только в Модерн и его мифы – свободу, равенство и братство, в масонскую триаду, позитивистскую науку и светскую власть. Всякий заподозренный в симпатии к Традиции, к религии, сословному обществу или аристократической системе ценностей безжалостно уничтожался. Бог был объявлен несуществующим. Священство подлежало поголовному истреблению, что в России, что в Вандее. Аристократия – особенно симпатизировавшая монархизму, но в целом вся аристократия – вырезалась под корень. А крестьянство, верное древним обычаям, превращалось в городскую чернь, лишенную рода, корней, обычаев предков.

С определенными оговорками судьбоносность Французской революции сегодня признана современной Европой. Масонские ценности кровавых якобинских террористов – это сегодня и есть ценности Евросоюза. Европа толерантна только к тем, кто признаёт ее антихристианские антитрадиционные модернистские и постмодернистские нормы, как истину в последней инстанции. Но если кто-то всерьез посмеет вступиться за Традицию, за индоевропейское наследие, за церковь, за вечность и бросить вызов современному миру, истинная – якобинская – революционная природа современной Европы немедленно даёт о себе знать. Тут же следуют обвинения в фашизме. Хотя нацизм Гитлера – это просто еще одна версия типично европейского модернистского по своей природе революционного террора. И пока Европа живёт в тени масонской антихристианской идеологии, она не может измениться. Кровавые тени Революции держат ее в тисках, раз и навсегда задав европейской цивилизации импульс движения в бездну.

Но и у нас в России кровавый призрак большевизма не изжит окончательно. Конечно, красный террор имел и собственно русское измерение. Отчуждение элиты от народа было столь велико, что исподволь копилась внутренняя ненависть – русского большинства к прозападной элите, относившейся подчас к своему же народу, как покоренному порабощенному местному населению. Но всё же главари красного террора исповедовали абсолютно нерусскую идеологию, взятую с Запада и направленную против самых глубинных и священных устоев русской души, против ее световой христианской части.

Часть огненных русских патриотов увидели в красном терроре реванш именно донной, исконной Руси. Так великий Клюев писал: «Убийца красный святей потира» и призывал красноармейцев в духе радикального старообрядчества: «Сгорим же, братие!» Но позднее все национал-большевики дорого заплатили за свои грёзы о Советской Руси. Красный террор был феноменом именно Модерна и уничтожал Традицию. Пока мы не поймем этого и не назовём вещи своими именами, мы не сможем освободиться от кровавых объятий прошлого и двинуться в полноценное русское будущее.

Всего доброго, вы смотрели «Директиву Дугина» о революционном терроре.

И якобинцы, и большевики увенчали свой террор осквернением церквей, цареубийством, и низвержением Традиции. Но Бог, Царь и Традиция – это главное в вечной корневой идентичности. И разделительная черта проходит именно здесь. Так за кого вы? Решайте.

05.09.2016

ТОЛСТОЙ И НИЛУС

Здравствуйте, вы смотрите программу «Директива Дугина». Сегодня день рождения Льва Толстого. Но также и Сергея Нилуса. Понятно, что масштаб фигур несопоставим. Однако о Толстом сказано и написано много, даже слишком много. О Нилусе – почти ничего, а если и сказано, то, как правило, ложь и чушь.

Коротко про Толстого. Стоит обратить внимание на его модель национального анархизма. Толстой противопоставлял народ и Государство. Народ для него был носителем высшей истины, чистым благом. Государство – воплощением радикального зла, отчуждения, насилия и лжи. Но такое неприятие Государства у Толстого совсем не либерализм. Он презирает Запад и ненавидит ничтожность либеральной душонки. Толстой любит именно русский народ, почти обожествляет его. Народ как целое, народ как органичное, народ как историческое могущество тайного скромного света. И этой любовью Толстой подкупает. Государство действительно часто бывает отвратительно – бюрократия, коррупция, наглые, тупые, трусливые и жадные чиновники. Так и хочется встать на сторону Толстого. Но это неправильно. Дело не в том, что таково Государство, а в том, что это Государство неправильное и выродившееся. Его надо не низвергать, а очищать, возрождать, снова делать духовным, а значит – его надо просветить духом веры и чистой стихии русского народа. Это нерусское Государство отвратительно: оно подавляет народную жизнь, закабаляет русских, ведет войну с народом. Но вместо плохого Государства должно быть хорошее. По-настоящему русское, наше. И вот тут с Толстым некоторое расхождение. А писатель он великий. И совершенно русский. Русский даже в своих ошибках.

А теперь к Нилусу. Сергей Николаевич Нилус известен, прежде всего, как публикатор «Протоколов Сионских Мудрецов». Сейчас понятно, что если бы такие протоколы и такие мудрецы существовали, это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой. Так вам настоящие слуги Антихриста и тайные правители Запада и оставят документы своих совещаний. Причем в столь понятной для простых обывателей злодейской форме. Конечно, это подделка, потому что она слишком похожа на правду. Но значение Нилуса не в этой наивности. Он ясно видел, что царская власть, русское православие и традиционный уклад русского общества стремительно разрушаются. И, конечно, такое разрушение нельзя воспринимать как стихийное бедствие или природный процесс. Людская катастрофа – дело рук людей. Значит, есть и те, кто хотят разрушения традиции, убийства Царя, разрушения церквей. А значит, у антихриста есть политическое измерение.

С тысяча девятисотого года Сергей Нилус начинает активную деятельность по противостоянию духу зла и революции, вторгающемуся в Россию. Так в тысяча девятьсот втором году он публикует важный текст «Великое в малом и антихрист как близкая политическая возможность». Вдумайтесь в название: «антихрист как близкая политическая возможность». Здесь важны все слова: и политический антихрист и близость его при дверях. Действительно, через пятнадцать лет все зловещие предсказания Нилуса воплотятся в жизнь. Неважно, это дело рук «мудрецов» или не мудрецов: факт налицо. Все пророчества Нилуса сбылись. Он говорил: враг близко. И враг был близко. Нилус говорил: он вот-вот придет. И он пришел. Не толстовская свобода и торжество народного духа, а красный террор, цареубийство, снос церквей. И группа кровавых фанатиков, удивительно даже визуально напоминающих карикатуры на все тех же пресловутых несуществующих вымышленных мудрецов. Но и вымысел! Ну и подделка! Сбывшиеся вплоть до малейших деталей…

Творчество Сергея Нилуса сегодня намного более актуально, чем творчество Льва Толстого. Конечно, Толстой – великий писатель и создал удивительные зачаровывающие миры. Но Нилус говорил – вопил – о том, как исчезнет под влиянием политического антихриста великая страна, Империя, как падет церковь и сотни тысяч православных христиан отправятся на принятие мученического венца. То есть Нилус был прав. А Толстой, увы, бредил. Вот вам и «лжеучение Государства»: толстовцы, бросившиеся на штурм Империи и державы, оказались в рядах армии «политического антихриста». И сейчас мы знаем, чем все это кончилось.

Всего доброго, вы смотрели «Директиву Дугина» о Льве Толстом и Сергее Нилусе.

Известно, что самая успешная хитрость дьявола состоит в том, чтобы убедить человечество в том, что его не существует. Как не существует никаких сионских мудрецов, никакого политического антихриста, никакого мирового правительства. И как видно, это до сих пор очень успешно действует.

09.09.2016

ТРАНСГУМАНИЗМ

Здравствуйте, вы смотрите программу «Директива Дугина». Сегодня речь в ней пойдёт о таком явлении, как трансгуманизм.

Течение трансгуманизма набирает популярность во всем мире, и прежде всего на Западе, где оно и зародилось. Символом его является круг с латинской буквой H от human, человеческое, и значок плюс: H+. Сторонники этого течения с энтузиазмом принимают все данные современных технологий и доводят идею прогресса до логического конца. Совершенствование техники, по их мнению, приводит человечество к такому состоянию, когда на основе человеческого вида можно искусственно создать более совершенных существ. Это достигается путем усовершенствования всех частей человеческого организма путём их замены на искусственные детали, неотличимые от частей тела и внутренних органов. Сюда же относятся технологии имитации сознания или записи сознания на отдельные носители – картография – мэппинг – мозга. Новейшие открытия в области структуры генома позволяют осуществлять корректировку организмов – улучшать их качества – и на базовом уровне.

H+ – это постчеловечество, которое будет свободно от болезней, несовершенств и в конце концов достигнет физического бессмертия. Тело можно будет сменить или подправить, а через какое-то время и напечатать на 3D-принтере. Виртуальные сети станут новой средой обитания, постепенно полностью вытеснив привычную для нас реальность. На фоне H+ утопии или дистопии Газонокосильщика или Матрицы становятся чем-то архаичным и преодоленным.

Трансгуманизм не просто занятие чудаков, дизайнеров или фанатиков технического прогресса. Это результирующий вектор последних столетий, когда человечество всерьез поверило в миф о прогрессе и эволюции. H+ – последний логический вывод всей эпохи Нового времени, Модерна. Главной идеей Модерна было освобождение человека от всех связывающих его ограничений. Начали с религии, традиций и сословного общества. Затем обрушились на Государство и нацию в пользу гражданского общества. Далее упразднили нормативное представление о полах и нормальной семье, легализовав самые различные формы гендерных мутаций и извращений. И все это проходило на фоне технического совершенствования – новых форм производства, вычислительной техники, успехов в программировании и синтезе новых материалов. Постепенно идеология и технология слились в нечто цельное и нерасчленимое. Технический прогресс стал идеологическим фактором, а идеология, в свою очередь, стала не чем иным, как технологией. Отсюда замена политтехнологами классических форм политики.

И так мы подошли к последней фазе освобождения человечества от ограничивающих его пределов. На Западе уже нет ни религии, ни Государства в полном смысле слова, ни политических иерархий, ни нормальных семей. Все формы преодоления границ – то есть трансгрессии – полностью пройдены. Осталось сделать только один, последний шаг – переступить границы самого человеческого вида. Это и есть H+ – последнее слово либерализма. Трансгуманизм не побочное причудливое явление технического развития, это логический конец Нового времени. Мы должны были подойти к этому – к эпохе киборгов, гибридов, мутантов и химер. Мы к этому подошли.

Конечно, на сегодняшний день подавляющее большинство человечества не готово превратиться в киборгов или мутантов. Но кто его спрашивает, это большинство человечества. Вся история делается элитами. Массы никогда ни к чему не готовы. Но это не имеет ровным счетом никакого значения. Не готовы – их подготовят, да так, что никто и не заметит. Трансгуманизм неизбежен в том случае, если мы принимаем главную тенденцию Нового времени – веру в прогресс, развитие и совершенствование человечества. Эту религию – точнее псевдо-религию – прогресса принесло в Европу и в мир Просвещение. Постепенно эта ересь заменила собой или вытеснила на периферию все традиционные формы религии – прежде всего христианство. На этом пути прогресса невозможно остановиться на полпути. Сказав «а», мы вынуждены сказать «б», «в», «г», да и все остальные буквы алфавита. H+ – это последняя буква. Дальше начинается компьютерный язык.

Единственные, кто оказывается на противоположной стороне от постгуманизма – это последовательные и фундаментальные традиционалисты. Но они отвергают отнюдь не только эту последнюю мутацию, но и весь Модерн – саму идею прогресса, развития, научную картину мира, демократию и либерализм. Вместо этого традиционалисты утверждали и утверждают Бога, Церковь, Империю, сословия, державу и народные обычаи. Никакого прогресса. Современный мир – это не прогресс, а результат упадка. Царство антихриста. Бороться с H+, отказываться от последнего превращения, диктуемого самой логикой либеральной идеологии Модерна, и принимать другие стороны Модерна – бессмысленно. Трансгуманизм – это неизбежное завтра, если быть согласным с тем, каково наше сегодня. Если мы хотим изменить нашу судьбу, надо вернуться в прошлое и понять, в каком месте мы совершили фатальную ошибку.

Всего доброго, вы смотрели «Директиву Дугина» о трансгуманизме.

Священное предание утверждает, что дьявол может почти всё. Но он не может создать человека. Он способен только спародировать его, изготовить его симулякр. H+ – это явно его затея.

12.09.2016

МЕЖДУНАРОДНЫЙ ДЕНЬ ДЕМОКРАТИИ

Здравствуйте, вы смотрите программу «Директива Дугина». Сегодня отмечается Международный день демократии.

Прежде всего следует обратить внимание на то, что современный Запад, а вслед за ним все остальные общества, считают демократию абсолютной догмой. Это довольно странно, если учесть, что современность вообще отрицает догмы, считает все темы вообще объектом дискуссий, споров, столкновения мнений. Но есть вещи, которые обладают в современном западном мире статусом абсолютной сакральной истины. Демократия именно такова. Попробуйте оспорить демократию или поставить под сомнение, что это наилучшее общественное устройство, и вы увидите, что с вами будет. Вас тут же обвинят в фашизме, каннибализме и вообще во всех смертных грехах, а далее маргинализация, остракизм и вплоть до административного или уголовного преследования.

Напомню: демократия — это не что иное, как политическая идея, и как таковая она может быть теоретически как принята, так и отвергнута, как и любая другая идея. Такое отношение к идеям, где одни становятся догмами, а другие криминализируются, является чистым признаком тоталитаризма. Поэтому наряду с фашистским и коммунистическим тоталитаризмом существует и еще один – демократический или либеральный. В странах победившей демократии допускается все, но лишь на том условии, что демократия признается высшей ценностью. То есть демократы толерантны и открыты только к самим же демократам. Так и коммунисты терпимы к коммунистам, а фашисты к фашистам. Что же здесь особенного: если вы принимаете правящую догму, она принимает вас. Логично.

Итак, демократия – это разновидность современных тоталитарных политических идеологий. И если мы хотели бы любой ценой преодолеть тоталитаризм и избавиться от догм, нам пришлось бы рано или поздно бросить вызов и демократии. А с чего в конце концов мы взяли, что власть большинства лучше власти меньшинства? В чём это умнее, справедливее, эффективнее? Почему для установления демократии пришлось провести кровавые революции и уничтожить целые сословия и слои населения, не принимавших этой идеологии? Поэтому Всемирный день демократии – это праздник тоталитаризма. В нем прославляется одна из догм современной западной цивилизации. И несмотря на весь пафос, любой человек способен сказать демократии нет. Нет и все. Мол, я не считаю демократию истиной в последней инстанции и предпочитаю, например, аристократию, монархию, теократию, авторитаризм, а может быть и олигархию или диктатуру. С точки зрения православного учения демократия опциональна. Она уместна в монастырях или в организации крестьянской общины, но губительна для общества в целом и сильной державы, необходимой для защиты христианских ценностей. Вот это наша русская истина. И если мы будем независимы и сильны, то с ней придётся считаться всем. И демократам, и не демократам.

Важно и еще одно. На Западе в последние десятилетия стремительно меняется толкование демократии. Раньше, на заре Нового времени, демократию понимали как власть большинства. Можно спорить, до какой степени это большинство было подлинным: не действовали от имени большинства лишь городская буржуазия и еще уже представлявшие ее масонские ложи? Но в любом случае пусть номинально, но все признавали, как факт: демократия – власть большинства. Но постепенно по мере распространения демократии на весь мир и углубления ее институтов в самом западном обществе, те же самые силы, которые традиционно выступали в авангарде демократизации, поставили само определение демократии под вопрос. Эти силы заметили, что большинство в некоторых случаях может выбрать Традицию, порядок, религию, государство, могущество, патриотизм и социальную справедливость. Это большинство может осознать себя народом как исторической силой, а не сборищем автономных разобщённых индивидуумов. И тогда большинство, вспомнившее о том, что оно народ, осознавшее себя им, становится опасным. И вожди всемирной демократии решили подстраховаться.

Так родилось новое определение демократии: демократия — это власть меньшинств. И направлена эта власть на то, чтобы не позволить большинству стать народом, исторической общностью. Отсюда не только мировая диктатура финансовых элит и крупного капитала, представленная парой сотен семейств, но и искусственная стимуляция миграции и разрушения национальных государств и продвижение в качестве нормы меньшинств сексуальных – содомитов и извращенцев. Теперь мы имеем дело с новой демократией – демократией меньшинств, направленной против большинства. Так антинародная тоталитарная сущность демократии вскрылась окончательно. Я в свое время говорил об этом с Фрэнсисом Фукуямой в дебатах на канадском телевидении. Просто демократии оказалось недостаточно, потребовалось уточнить, что правильная демократия – это власть меньшинств. Вот и логический финал.

Всего доброго, вы смотрели «Директиву Дугина» о Международном дне демократии.

Все «святыни» современности – демократия, прогресс, права человека, гражданское общество, правовое государство – это рукотворные идолы. Этими идолами в эпоху Модерна были заменены настоящие святыни – Бог, Церковь, предназначение, благо и истина. Сейчас эти идолы сами разбиваются в дребезги. Здесь вполне уместен призыв: подтолкни, что падает. Демократия в глубоком кризисе? Ну и чёрт с ней.

15.09.2016